Элис Фаин-Адье
Дай же мне погибнуть мучительно, и пусть это докажет, что когда-то я и вправду была жива.
Большинство, когда видит слово "Византия", да еще и красующееся на мрачной афише, сразу представляют себе Юстиниана и подобную Гумилевщину, и в грудь влетающий металл кровопролитья, и злато куполов, и голубое небо. Я тоже. Реакция на увиденный в кинотеатре стенд была предсказуемая. Но затем в глаза бросилось имя Нил Джордан.
И взыграла тут в жилах надежда, и вспомнился "Интервью с Вампиром" заодно с "Борджиа", так славно красящие вечера, и под которые даже печенье ешь утонченно. Конечно же, я иду!

... В Нарве попасть на премьерный поздний сеанс- проще простого. Я приготовилась к разочарованию, но печенье на всякий случай достала. Вдруг хотя бы Нил не подкачает?
Какое было мне видение- под катом.


Иногда сама история не так важна, как тот, кто ее рассказывает. Фильм вытряхивает из рукавов красивые эзотерические бляшки( вроде тайного сообщества кровопийц- женоненавистников), радует гнетущим, буквально не дающим дышать саундтреком и предлагает нам новую концепцию отчужденного векового страдальца. Но все-таки он рвется привлечь внимание вовсе не к кровавому водопаду и силуэту Сирши Ронан, склонившейся над горлом старика, а именно к извечной проблеме непонимания.

И виноват в этом вовсе не мир, который( странно для подобной ленты) показан вовсе не похабным, не суетным и не эгоистичным. А простым- светлым, немного скучным, зловещим, а не тусовочно-веселым по ночам. Как будто огромные, тревожные желтые буквы- Византия- на вывеске отеля нагоняют на все тяжелый запах ладана, запах древности и смерти.
И не виновата голубоглазая Элеонора, главная героиня. Виновато неизбежное, сверхъестественное, запрятанное в каждой строчке истории, которую она так стремится рассказать. Въевшееся в ее кровь- к слову, такую же липкую и красную, как у людей.

Не это ли неизвестное заставляет ее убить прочитавшего ее повесть старика-уборщика, сначала угостивший ее чаем- а потом и собой? Замечательная сцена. Вот вам и Византия, товарищи! В хрупкой, равнодушной, но бессмертной Элеоноре- как в анемичной Зое, героине пьесы о Юстиниане "Отравленная Туника"- заключен кровавый водопад, зло и нарушенный запрет, сквозь который она смотрит, словно сквозь зимнее окно: ты знаешь, что оно здесь, но на него плевать, если не холодно и не дует ветер.

Вот это и важно понять, простить и пожалеть. И насладиться атмосферой легкой тревоги в темном, лживом, как полчище киношных вампиров, городе. На забрызганной дождем автобусной остановке. Под страшными желтыми буквами "Византия".

Вот и все. Незачем говорить, что такие жестокие ленты- мерзость, и рвать выросшие в братской могиле цветы. Вы заразитесь, только и всего.
Так что в любом случае, фильм стоит посмотреть.

П.С. Я уже успела расхвалить все прелести фильма, но не могу удержаться и подмечу: какой же у Джеммы Аркинстон противный голос, как мурашки бегут по коже от Джонни Ли Миллера и какой обаятельный Сэм Райли.
И еще: Нил Джордан оставил подсказки веселящимся в кино знатокам вампирской литературы. Главных героев зовут Рутвен и Дарвелл, кои являются кровопропойцами авторства Джона Полидори и лорда Байрона.

@музыка: Ноктюрны Шопена

@темы: о совсем других